Allesya.ru

Женский журнал Алеся
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Женщина построила деревню для собак, в которой хочется жить людям

Чернобыль и его новые жители. Что заставило людей переехать на границу зоны отчуждения

Ирина и Алена Коваленко теперь живут у границы зоны отчуждения

После чернобыльской катастрофы 1986 года вокруг бывшего ядерного реактора осталось кольцо пустых деревень. Люди в страхе бежали от радиации. Но сегодня в заброшенные поселки рядом с зоной отчуждения приезжают новые жители.

На улице теплый летний вечер. Марина Коваленко играет в мяч с дочерьми на заднем дворе своего дома.

Ирина и Алена смеются, собака в погоне за мячом распугивает кур.

За забором семейного дома темно и тихо.

В деревне Стещина, на севере Украины, много пустых домов. Заброшены библиотека и магазин. На Стещину наступает лес, из трещин на дорогах и стенах домов торчат пучки травы.

У семьи Коваленко есть соседи, но их немного, и почти всем по 70-80 лет.

Несмотря на отсутствие здесь удобств и возможностей, четыре года назад Марина и ее дочери собрали все свои вещи и переехали жить на расстояние 30 километров от чернобыльской зоны отчуждения.

«Огонек» познакомился с людьми, которые променяли Петербург на псковскую глубинку

Псковскую область едва ли можно назвать процветающей. В этом году она заняла третье место с конца в рейтинге регионов по уровню благосостояния семей. Здесь проживает все меньше людей: последняя Всероссийская перепись показала, что за восемь лет население области сократилось почти на 90 тысяч человек, сотни населенных пунктов остались без жителей.

Текст: Валерия Ошеева. Фото: Дмитрий Лебедев

Тот, кто живет в селе, стремится уехать в Псков, а оттуда — прямая дорога на Питер. Добраться до него на «Ласточке» можно за каких-то три часа. Но есть люди, которые решаются проделать обратный путь. Из Северной столицы они отправляются в псковскую глубинку, заводят хозяйство, открывают производство, находят дело, о котором в городе и помыслить не могли. «Огонек» встретился с «новыми» деревенскими жителями и попытался разобраться, что подвигло их на кардинальные перемены в жизни.

«Здесь мы нашли друг друга и поняли, что такое семья»

Наталья (36) и Сергей (34) Сальные, в прошлом сотрудники полиции, переехали в Псковскую область пять лет назад, живут близ д. Алтун, воспитывают троих детей, занимаются сыроделием

1) Чем Питер не угодил?

Сергей: «Через год после переезда стали новости про санкции попадаться, мол, все, не увидим хороших сыров. Начал изучать, читать»

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

Н.: Мы давно думали переехать. Раньше оба в полиции служили: Сережа в ОМОНе, а я во вневедомственной охране. Он постоянно на работе был, там же ненормированный график.

С.: Страшные были дни. Кажется, что в городе развиваешься, а на самом деле деградируешь. В любое время могут дернуть, невозможно расслабиться, отъехать куда-то. Система выстроена таким образом, что тебе все вокруг становится неинтересно. Постоянно день сурка. И у детей тоже — интересов никаких. Ну гаджеты, погулять — вот вся жизнь в этом и заключается.

Н.: С детьми тяжко было. Они болели постоянно. В школу ходили через дорогу, но движение было такое, что приходилось их постоянно провожать. Когда младший родился, решили уезжать. У меня и мама, и бабушка из Псковской области. Они в свое время перебрались в Питер, но потом вернулись. И я за ними. Дом в лесу построили, тут ничего не было. Как здесь поселились, к нам стало больше гостей приезжать, чем в Питере. В городе все куда-то бегут, опаздывают, времени собраться просто нет.

2) Как стали заниматься сыроделием и приносит ли это дело вам доход?

Сергей и Наталья: «На этом кусочке земли мы нашли друг друга и поняли, что такое семья»

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

С.: Я вообще люблю готовить. Как-то зацепился за сыр. Через год после переезда стали новости про санкции попадаться, мол, все, не увидим хороших сыров. Начал изучать, читать. По идее, я должен был обратно в полицию идти. Но мне комиссия тут дала такую категорию, с которой в полицию не берут. Меня гнев взял (я же после ОМОНа!), хотел чуть ли не судиться. А теперь благодарен, что так получилось. Учился делать сыр, проходил курсы. Только на то, чтобы привыкнуть к горячей воде, в которой плавится моцарелла — 93 градуса,— ушло три месяца. Все делаю вручную.

Н.: У нас уже есть постоянные клиенты, туристы хорошо покупают. Очень большой спрос на натуральные продукты. Изначально-то мы все для себя делали. Сейчас расширяемся, основная сыроварня у нас переезжает. В деревне Носово строится комплекс: гостиница, ресторан, две сыроварни. Мы участники проекта.

Сергей и Наталья: «Все свои желания мы тут не спеша осуществляем»

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

С.: Там уже будет автоматическое оборудование. Многие прогорают, когда без опыта его берут. А я наизусть знаю зерно, процесс. Если все продумать, дело кормит. Только хочется честно работать. Но из-за этой честности государство зажимает: ты платишь, платишь, платишь. Каждый месяц 50–60 тысяч выкидываешь на всякие анализы и проверки сыра, воды, помещения.

3) Что нашли здесь, в псковской глубинке, а что, наоборот, потеряли?

С. и Н.: Депрессию потеряли. А нашли ценности жизни. Все свои желания мы тут не спеша осуществляем. Никогда ничего не планируем. Утром встали, захотели — поехали куда-то. Детей одних спокойно можем оставить. Старшему сыну 17, он лавку держит. Сам печет хлеб, готовит шоколад. Мы ему по оптовым ценам продаем продукцию, он уже сам ее реализует, разницу себе оставляет. Выручку с дочкой делят пополам. Она с мелким сидит, по дому готовит, убирает.

Сергей и Наталья: «Никогда ничего не планируем. Утром встали, захотели — поехали куда-то. Детей одних спокойно можем оставить»

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

В городе очень сложно сохранить семью. Мы бы пришли к разводу. Здесь мы зависим друг от друга, не можем разбежаться. На этом кусочке земли мы нашли друг друга и поняли, что такое семья.

«Я с пчелами не расстанусь, пока могу ходить»

Ирина Масалова, в прошлом бухгалтер, переехала в Псковскую область с мужем пять лет назад, занимается пчеловодством

Фото: Дмитрий Лебедев, Коммерсантъ

Ирина Масалова (62), в прошлом бухгалтер, переехала в Псковскую область с мужем пять лет назад, живет в д. Васильевское, занимается пчеловодством

1) Чем Питер не угодил?

Мы сюда приехали, чтобы поддержать моих родителей. Если бы не они, так в городе бы и жили. У нас там все: семья сына, прекрасная квартира, друзья. Я звала родителей к себе, но они ни в какую. Мама родилась в этих местах. Когда ей было 18 лет, вышла замуж. Отец сам из Белоруссии, тут разминировал поля после войны. Они на Севере долго жили, заработали там пенсии. В 60 лет здесь обосновались: мама сказала, что хочет на родину. А папа всегда с ней соглашался.

Читать еще:  Путешествие с собакой: на какие детали обратить внимание

Я в принципе человек городской, тяжелее ручки ничего не держала. Работала в последнее время аудитором. Но мама уже не ходила, пришлось все оставить. Потом муж заболел. Я не ропщу: что Господь дал, надо нести. Тут скучать некогда. Как приехала — провела водопровод, канализацию, крышу сделала. Где могу — найму людей, где сама.

Ирина: «Тут скучать некогда»

Коммерсантъ / Дмитрий Лебедев

Ирина: «Я люблю работать. А тут для меня работы полно. Куда я теперь, если у меня пчелы есть?»

Как быть, если спор о бездомных животных решить не получается?

Если не удается решить дело миром, по-соседски, то можно обратиться в суд по месту жительства ответчика. Но суду будет недостаточно голословных утверждений о грязи или блохах. Каждое утверждение придется доказать – документами или показаниями свидетелей. Например, антисанитарное состояние могут подтвердить акты осмотра территории, заключения Службы по борьбе с болезнями животных. В качестве свидетелей могут выступить соседи.

Чтобы суд принял вашу сторону, нужно будет доказать: во-первых, факт ущемления ваших прав – одного того, что вам не нравятся собаки или кошки, будет недостаточно; во-вторых, то, что это ущемление имеет причинно-следственную связь с уходом за безнадзорными животными. Если вы сможете убедить суд в том, что ваши права нарушены и произошло это, например, именно из-за кормления животных, то суд запретит уход за ними в этом месте. Решение суда обязательно к исполнению, а за его неисполнение предусмотрена административная ответственность.

Ну а в заключение – совет. И даю я его не как адвокат, а как владелец двух подобранных на улице котов. Подумайте: возможно, вы найдете способ помочь бездомному животному, подарив ему новый дом и семью.

1 Федеральный закон от 27 декабря 2018 г. № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Инженер собачьих душ: как бывший полицейский бросила всё, взяла кредит и построила приют в глухой деревне

Автор — Юлия Островская

Оператор — Николай Лотоев

Беззащитных, гонимых, несчастных – этих собак продавали за бутылку, стреляли, подвешивали на крюки, выбрасывали за ненадобностью, выставляли вон из дома заболевшими, топили и мучили. Но есть люди, которые, к счастью, готовы прийти на помощь. Наталья Федорова бросила работу в полиции и уехала в глухую деревню под Бежецком, чтобы помогать бездомным животным. Съёмочная группа ТИА отправилась в гости к Наталье и её подопечным.

Вокруг – родное русское безнадёжье – заброшенный карьер, вбитые и кем-то забытые сваи, заросшие поля.

В натальином приюте нас встречает хозяин – упитанный пёс Габриэль. Габби старается похватать каши изо всех собачьих мисок, потому что он тут – главный. А ещё дразнит собак в вольерах и на своём собачьем, видимо, учит жизни. «Ты подонок, Габби», — ласково говорит Наталья, целуя Габриэля в мокрый чёрный нос.

Наталья Фёдорова всю жизнь работала следователем в Бежецком отделе полиции. В 37 всё бросила, вышла на пенсию, взяла полмиллиона в кредит, чтобы построить собачий приют, и уехала жить в глухую деревню. Вернее, сначала по задумке был пункт временной передержки – взять собаку с улицы, стерилизовать, вакцинировать, социализировать, пристроить или выпустить в среду обитания. Название Наталья подобрала концептуальное — «Новая жизнь». Впрочем, передержка быстро превратилась в приют на 224 собаки.

Каждый день у Натальи – «день сурка». Утро начинается с варки 450 литров каши. Наташа разводит костер, ставит четыре огромных котла на импровизированную полевую кухню из кирпичей, засыпает крупу и мешает кашу похожей на весло деревянной поварешкой.

С 9 до 15.00 варят, ещё три часа кормят – вот и полноценный рабочий день прошёл.

В приюте у Натальи обитают 224 собаки. В каждой будке и вольере – своя собачья трагедия и тяжелая судьба. Никто не попал сюда от счастливой жизни.

На пригорке у забора сидит большой пёс. «Смотри, что сейчас будет», — говорит Наталья и бросает ему кусок вареной печени. Пёс ложится рядом и начинает кусать и бороться со своей собственной лапой.

«Это кажется смешно, в интернете куча роликов с такими собаками. На самом деле это психическое отклонение, из-за чего его и вышвырнули из дома».

Рядом с палисадником в будке грациозно восседает пес Локи. Тут его кличут «собака-к ногам-прижимака» за повышенный уровень ласкучести. Локи – это сокращенно от «Локомотив» – рынок, где в канаве нашли сбитого и переломанного пса. Локи не пропустят через металлодетектор, потому что у него в задней лапе пластина. Но в жизни это ему ни разу не мешает. В округе – ни одного металлодетектора, а перелом отлично зажил и больше не напоминает о себе.

ГАББИ

Наталья идет по территории в неизменном сопровождении Габби. Пёс держится гордо, в каждый вольер и будку просовывает нос и для профилактики гавкает. Самый настоящий начальник приюта был найден на помойке ещё слепым и выкормлен самой Натальей из соски. Щенок чуть не умер в 2 месяца, но Наталья не дала. Буквально вытащила с того света. Теперь Габби – любимый «сынок» и иногда «подонок», но от этого не менее любимый.

ДЖЕСС

«Замначальника» приюта – трёхлапая Джессика. Её пытались убить на тверском аэродроме, выпустив несколько пуль. Жизнь Джесс удалось спасти, но собака осталась без лапы. Впрочем, жить ей это никак не мешает, равно как и строить по струнке обитателей приюта.

САНТА

Санта жила отшельником в Твери после того, как её, заболевшую кожной инфекцией, выкинули из дома. Лысая, гонимая всеми, собака должна была умереть. Если бы не встретила на своем собачьем жизненном пути Наталью.

Наташа обо всём этом рассказывает буднично: «Мне их очень жалко. Но сидеть, плакать и задавать небу риторические вопросы «Зачем?» смысла нет – кто их спасать-то будет?».

Наталья подходит к палисаднику у дома. Тут же за забором показываются две собачьих моськи. Это Пешка и Гайка пытаются расцеловать хозяйку, усердно отталкивая друг друга лапами.

От хомячка к четырем собакам и мамины обмороки

Хозяйка животных любила всю жизнь, особенно собак. Родители натальину любовь к собакам в квартире не разделяли и разрешали завести разве что хомячков. Но когда Наташе исполнилось 14 лет, сжалились и завели дворняжку. Потихоньку количество собак в квартире начало расти:

Читать еще:  Это Кэтмэн! 5-летний мальчик спасает кошек в костюмах супергероев

— Потом я взяла ротвейлера с 8 хозяевами в анамнезе – она по рукам разведенцев долго ходила. Заработанный бронхит «умные» ветеринары лечили вязкой. Потом взяла ещё одного – любимую мою Томочку. На четвертой собаке мать упала в обморок. То есть выбора у меня не было – строить или нет приют. Маминых обмороков больше не хотелось.

Полмиллиона кредитных рублей хватило на покупку дома в глухой деревне под Бежецком. Кредит Наталья платит до сих пор – исправно, по 14 тысяч рублей в месяц.

Натальин отлов: формула решения проблемы бездомных животных

С появлением частного дома женщина начала активно заниматься зоозащитной деятельностью: брала животных с улицы, лечила, стерилизовала и пристраивала в добрые руки через интернет. Потом решила попробовать заниматься тем же, но за государственные деньги – и выиграла торги на отлов и содержание безнадзорных животных в Бежецке.

— Официальный отлов ещё несколько лет назад сводился к отравлению ядом всех подряд собак прямо на улицах. Ну или отстрелу. Я не могла даже допустить мысли, что мои пристроенные собаки будут кем-то отравлены или убиты. Поэтому решила попробовать ловить сама.

Сейчас контракты у Натальи заключены с пятью близлежащими районами. Главная задача – не отловить собак для галочки и закрыть контракт, а реально снизить численность бездомных животных на улицах.

— Я забираю только бездомных собак. И провожу огромную работу с населением, чтобы в отлов не попала собака на самовыгуле или убежавшая из дома, например. Забираю домашних, только если они больше не нужны хозяевам. А ещё постоянно талдычу, что нужно стерилизовать животное, если оно не представляет племенной ценности. Даже плачу за стерилку им, только бы согласились.

Отловленных собак в натальином приюте в обязательном порядке вакцинируют, стерилизуют и социализируют. Хотя всё это, конечно, не предусмотрено в условиях контракта. В соответствии с государственным заданием, собак нужно продержать 30 дней, привить от бешенства и выпустить обратно на волю или пристроить в добрые руки, что намного сложнее, понятное дело.

— Это полный бред, конечно. И потраченные впустую государевы деньги. Ну сами посудите: какой смысл взять собаку, покормить и обратно отпустить? Она тут же начнет плодиться в геометрической прогрессии, и на следующий год я буду ловить её многочисленных щенков. А деньги класть себе в карман – щенкам много еды не надо. Контракт выполнен, деньги освоены, все счастливы. Я не хочу так, я хочу реально снизить численность бездомных псов на улицах.

Главная причина животных на улице — человек

А решить проблему можно, было бы у государства желание. Основная причина агрессивного поведения стаи на улицах – это, как правило, течная сука. Изымаешь суку – стая распадается. Основной поставщик бездомных животных – человек. Выкидывают по разным причинам: погрызла тапки, надоела, слишком много шерсти и т.п. Культура тверских собаковладельцев крайне низкая.

В итоге из когда-то мимимишного щенка вырастают плодящиеся на улице суки, которые, защищая потомство, набрасываются на людей. И сам же горе-хозяин возопит: «Убить!».

Поэтому непреложное правило Натальи – отдавать только стерилизованных животных. Даже лучшим друзьям. Даже если очень просят.

В 2016-м Наталья выиграла тендер на отлов и содержание животных в Пролетарском районе Твери. Но контракт администрация разорвала:

— Мы половину животных отловили. Попросили оплатить. А нам вместо оплаты контракт разорвали – вдруг выяснилось, что документы не так заполнены. Эти собаки до сих пор у меня сидят в приюте. Денег не получили.

Это к вопросу о том, почему мы не выходим на торги в Твери. Мы туда не деньги идем зарабатывать, а решать проблему безнадзорных животных на улицах. По-честному. Но это не нужно никому.

(прим ред. После Натальи контракт в Пролетарском районе выиграли Рамешки – тот самый концлагерь, где жгли собак).

По мнению Натальи, отловом должны заниматься те люди, для кого зоозащита – это образ жизни. Заработать на отлове невозможно, если только не убивать и ловить бесконечных щенков.

А единственно верный выход из сегодняшней ситуации – это метод ОСВВ (отлов, стерилизация, вакцинация, выпуск):

— И выпускать только социализированных и неагрессивных животных. Потому что есть такое понятие как экологическая ниша: когда есть кормовая база, там в любом случае будут жить собаки. Я на бежецком рынке ловлю уже третий год собак. А там все новые появляются. Проще оставить добрых на привычном месте и стерилизовать, чтобы не плодились.

Результат двухгодовой работы Натальи в районах уже заметен – на улицах бездомных животных стало гораздо меньше. А случаи покусов вовсе не зафиксированы.

Мы разговариваем с Наташей в машине. В её «Калине» только два сиденья – задние разложены для собак и завалены кормом, одеялами и поводками. В дверь то и дело стучится выпущенный погулять Габби – проверяет на месте ли «мама». Удостоверившись, что на месте, убегает дальше по своим собачьим делам.

Отношение к смерти

Конечно, животные в приюте умирают, как бы ни пытался спасти. Каждая такая смерть для Натальи – это тяжелая потеря. Рецепт переживания простой:

— Сядешь с подругой, выпьешь, переживёшь и идешь дальше. Это жизнь. Если я раскисну, кто их спасать будет, никому не нужных?

Смешные случаи

Бывают в приюте и курьезные случаи. К примеру, однажды не совсем трезвые мужчины украли из приюта ротвейлера.

Приезжаю я в приют, а рядом пьяное тело валяется. Думаю, что-то не так. Захожу, кормлю собак. А огромного ротвейлера нет. Цепь валяется, а собаки след простыл. В ходе оперативно-розыскных мероприятий в течение часа собаку я, конечно, нашла. Вернулась к пьянице и посмотрела на ботинки – они все в глине были с соседнего карьера, так я и установила направление поиска. Собаку увезли в соседнюю деревню, водили там на капроновой веревочке. Ворам я очень красноречиво объяснила, что они сделали неправильно (улыбается). Больше они ко мне не являлись, а ротвейлера я очень удачно пристроила. Собака сейчас как сыр в масле катается.

Но мне тогда пришлось квартиру продавать, чтобы забор построить.

Острый финансовый вопрос

Наталья объясняет, что на отлове, если ты действительно хочешь что-то сделать, заработать невозможно. Денег, полученных за выполненные контракты, на жизнь приюта, конечно, не хватает. За собаками приходится ездить в отдаленные районы. Добавьте к этому стерилизацию, поливалентную вакцину и еду пожизненно. Каждый год в приют попадает по 120 собак, уезжают в новый дом порядка 80.

Читать еще:  Запертая в течение 13 лет на чердаке, кошка внезапно обрела любящую семью

На помощь приходит Инициативная группа по защите животных Твери, с волонтерами которой уже давно сложились дружеские отношения, и неравнодушные люди. В приюте очень не хватает помощи руками – какашки за собаками надо убирать каждый день.

К воротам подъехала старенькая девятка. Это семья из области приехала забрать из приюта щенка. Ехали специально. Говорят – увидели в интернете и влюбились. «Сынок» пока ещё боится новых рук. Он родился на железной дороге, прямо под вагоном, и каким-то чудом пережил сильные морозы. «Это ничего, что побаивается – привыкнет быстро. Когда любят, они очень быстро привыкают», — говорит Наталья.

Если вы захотите помочь приюту, вам сюда.

Постоянный сбор в помощь приюту Натальи ведется на площадке Инициативной группы по защите животных.

Если захотите взять верного друга – вам тоже туда.

Наша помощь приюту нужна всегда.

И если на таких, как Анзор и Михална держится тверской трамвай, то на таких как Наташа, однозначно держится мир.

Сын полка

Эвелина Флейшгауэр, 15 лет. Средняя школа № 4 г. Дудинки
Руководитель – Наталья Петровна Козьбожева
«Историки считают, что вместе со взрослыми в пору военного лихолетья сражались более 300 тысяч мальчишек и девчонок.

Об одном таком отважном защитнике Родины я и расскажу. Это мой прадедушка – Виктор Петрович Роменский. К сожалению, он не дожил до моего рождения, и о его судьбе мне рассказали моя бабушка и мама.

Родился мой прадед в 1929 году в многодетной крестьянской семье. Когда началась Великая Отечественная война, Виктору было 12 лет, и на фронт его не взяли: мал еще! Но мальчишка твердо решил попасть туда.

В 14 лет он сбежал из дома и в дни оборонительных боев на реке Северный Донец в июле 1943 года пришел добровольцем в 243-ю стрелковую Никопольскую Краснознаменную дивизию. Так он стал воспитанником, или сыном полка, как Ваня Солнцев, герой известной повести Валентина Катаева. С этого момента он неотлучно находился на фронтах Великой Отечественной и за два военных года прошел боевой путь от реки Северный Донец до полной победы над фашистской Германией. Виктор Петрович являлся участником военных действий по освобождению Украины, Румынии, Венгрии, Чехословакии, форсировал Северный Донец, Днепр, Ингул, Тису.

Несмотря на малый возраст, неоднократно выполнял боевые задания командования. Находясь под пулеметно-артиллерийским обстрелом противника, проявлял мужество и отвагу, своевременно обеспечивая живую связь со штабом во время боев.

Мама говорила, что прадедушка не любил рассказывать о войне, возможно, потому, что не хотел вспоминать пережитые ужасы. Но одну забавную историю он все-таки поведал. Дело было в Венгрии. Прадедушка (тогда он уже был в звании ефрейтора) с двумя солдатами отправился на боевое задание. Ночью они зашли в одну деревню (фашистов в ней не было). Постучали в дом на окраине и попросились на ночлег. Так как прадедушка был маленького роста, пожилая женщина, открывшая им дверь, в темноте его не разглядела и сказала солдатам: «Вы ложитесь спать в сарае, на сеновале, а Ефрейтора – решив, что это кличка собаки, – привяжите к столбу».

Победу прадедушка встретил в Чехословакии, на подступах к Праге. За образцовое выполнение ряда боевых заданий командования в борьбе с немецкими захватчиками и проявленные при этом доблесть и мужество был удостоен правительственной награды – медали «За отвагу». Приказом действующей армии от 5 сентября 1945 года № 0337/11 награжден медалью «За боевые заслуги».

После войны его командир, майор Иван Андреевич Мазуренко, хотел определить сына полка в Суворовское училище, но прадедушка отказался, так как в поселке Кировск Донецкой области у него осталась большая семья (мать, две сестры и четыре брата), которая нуждалась в помощи: отец погиб на фронте.

Вернувшись домой, Виктор Петрович устроился работать электриком и учился на курсах слесарей-автоматчиков локомотивного депо железной дороги. Окончив их, всю жизнь проработал на станции «Красный Лиман» и стал наставником для десятков молодых слесарей. Был награжден знаком «Ударник коммунистического труда».

В 1949 году прадедушка женился на моей прабабушке, Раисе Ивановне. Она живет в Кировске, в доме, который они построили вместе. Здесь у них родились четыре дочери: Вера, Валя, Наташа и моя бабушка Зина. Этот дом наполнен самыми приятными воспоминаниями. Он очень уютный, во дворе растет развесистая яблоня, которую посадил Виктор Петрович. Раньше, когда политическая обстановка на Украине была спокойная, я часто там бывала.

Через 15 лет после Великой Отечественной войны бывший командир полка разыскал своего воспитанника. Они встретились и поддерживали теплые, доверительные отношения до самой смерти. Это была настоящая мужская дружба.

В Киеве, в Музее военной славы, экспонировалась книга воспоминаний командира полка И. А. Мазуренко, в которой есть воспоминания и о сыне полка – ефрейторе Викторе Петровиче Роменском. К сожалению, сейчас ее судьба нам неизвестна.

Прадедушка умер в феврале 1995 года в возрасте 66 лет. Похоронен в поселке Кировск Донецкой области.

В память о моем прадедушке и его боевых товарищах 9 Мая я принимаю участие в шествии Бессмертного полка с фотографиями Роменского Виктора Петровича и майора Мазуренко Ивана Андреевича.

Десятилетия отделяют нас от суровых дней войны, но нельзя забывать имена тех, кто отдал свою жизнь за то, чтобы жили мы.

Наша семья бережно хранит не только боевые награды прадедушки, но и книгу, в которой упоминается ефрейтор Роменский Виктор Петрович. Это сборник В. Караваева «Медаль за бой, медаль за труд», где представлены документальные рассказы о мальчишках и девчонках, сыновьях и дочерях полков, вставших рядом со взрослыми на защиту Родины.

Вот такой у меня замечательный прадед, я им очень горжусь!

P. S. В настоящее время награды мужа хранит моя прабабушка, которая живет на Украине, в Донецкой области, где все еще идет война. Война, которая приносит лишь горе и разрушение, калечит души, разъединяет родных людей».

Ссылки по теме:

2 сентября 1945 года подписан акт о безоговорочной капитуляции Японии

Александр Усс пообещал, что «Поезд Победы» вернется в Красноярск

16 августа 1941 года – день рождения Красноярского радиотехнического завода

Машинистка Лида привела в Красноярск «Поезд Победы»

голоса
Рейтинг статьи
Ссылка на основную публикацию
ВсеИнструменты
Adblock
detector